«За два года хочу добраться до титула чемпиона мира»: Хатаев о карьере в профессионалах, бронзе ЧМ и женщинах-судьях

Бронзовый призёр чемпионата мира по боксу в Ташкенте Имам Хатаев в интервью RT заявил, что выступление на турнире стало последним в его любительской карьере. Спортсмен сообщил об окончательном переходе в профессионалы и заявил о намерении за два года завоевать титул чемпиона мира в полутяжёлом весе. Он также рассказал, почему считает несправедливым своё поражение в полуфинале, высказался о работе женщин-судей и признался, что был бы не против сразиться с бывшим оппонентом Артура Бетербиева — Энтони Ярдом.

«За два года хочу добраться до титула чемпиона мира»: Хатаев о карьере в профессионалах, бронзе ЧМ и женщинах-судьях

  • Российский боксёр Имам Хатаев
  • РИА Новости
  • © Алексей Филиппов

— В июле 2022 года вы провели второй поединок по профессионалам. И тогда многие думали, что уже не увидят Имама Хатаева на любительском ринге. Но после этого вы выступили сначала на чемпионате России в Чите, затем на турнире в Марокко, а после и на первенстве планеты. Почему решили вернуться в олимпийский бокс?

— После победы над Адамом Тренадо мы вместе с моим наставником Антоном Кадушиным практически без промедления приступили к подготовке к третьему бою. Он должен был состояться в Москве. Но соперник отказался, из-за чего тот был отменён. После этого мне позвонил главный тренер сборной России по боксу Виктор Борисович Фархутдинов, попросил принять участие в чемпионате России, на котором проходил отбор на первенство планеты в Ташкенте.

Я тогда был очень расстроен из-за срыва рейтинговой схватки, но всё же решил заявиться на соревнования в Чите. И хотя специально не готовился к нему, удалось одержать там победу и квалифицироваться на ЧМ в Ташкенте. До этого момента я не дрался на чемпионатах мира, поэтому для меня это было важное событие. Любопытно, что прошедший турнир стал для меня первым и последним в своём роде. Моя карьера в любителях закончена, в будущем планирую биться исключительно по профи. Говорю это, чтобы в будущем не просили вернуться ради Олимпиады или чего-то подобного (смеётся).

— По мнению многих боксёров, подготовка к поединкам по любителям и профессионалам кардинально отличается. Насколько сложно было вам биться в Чите с учётом этого?

— Конечно, пришлось непросто. Во время национального первенства чувствовал себя не лучшим образом. Если бы готовился конкретно к нему, смотрелся бы там гораздо увереннее, выигрывал бы в более доминирующей манере. Конечно, перестроиться непросто. Но я не так долго бился по профессионалам, ещё не растерял навыки.

Сборная России завоевала шесть медалей на чемпионате мира по боксу, который завершился в Ташкенте. Муслим Гаджимагомедов и Шарабутдин...

— Возвращение в любители стало следствием сложившихся обстоятельств. Но у вас самого не было желания напоследок завоевать золото на крупном международном соревновании? Ведь на Олимпиаде в Токио вы остановились в шаге от финала.

— Конечно, желание было. Лично я очень хотел выступить на ЧМ ещё в 2021 году — сразу после Игр. Тогда находился на пике формы и был готов бороться за самые высокие места. На сборах меня ставили с атлетами весом 86, 90, 102 кг — на их фоне выглядел не менее мощно. Чувствовал силу, скорость. Но тогда тренерский штаб сделал ставку на молодёжь.

К чемпионату в Ташкенте подходил в неидеальном состоянии. Во многом из-за отсутствия соревновательной практики, ведь долгое время российские спортсмены не имели возможности драться на международных первенствах. Лишь в феврале 2023-го мы смогли поучаствовать в турнире на призы короля Марокко Мухаммеда VI, который прошёл в Марракеше. Таким образом, за два года у меня набралось лишь семь-восемь поединков в любителях, хотя привык проводить по 20 за один.

С учётом всего этого было непросто показать всё своё мастерство на первенстве. Ведь туда приезжают сильнейшие со всего мира. В Ташкенте было множество сильных атлетов — на том же ЧМ-2021 такого уровня конкуренции не было. Тогда многие отдыхали после Олимпиады.

— С учётом всего этого бронзовую медаль можно считать серьёзным достижением. Однако вы признавались, что разочарованы результатом, ведь ехали за другим.

— Несмотря на всё, я надеялся взять золото. Более того, был уверен, что это мне по силам. Но всё получилось именно так. Однако я не согласен с решением судей в своём бою с Нурбеком Оралбаем. Посмотрите, четверо из пяти арбитров отдали первый раунд казахстанскому спортсмену, второй отошёл ему единогласно. После просмотра записи мне это показалось не совсем объективным.

— Что вас возмущает?

— Во что превращается бокс. Люди стараются не сражаться друг с другом, а пытаться как-то переиграть, перебегать. Да и в нынешних перчатках нокаутировать оппонента тяжело. Они слишком лёгкие. Думаю, если всё так и продолжится, то в скором времени поединки олимпийцев будут неинтересны публике.

— Что нужно изменить?

— Вернуть нормальные перчатки, оценивать в первую очередь активность, попадания, серии ударов. Непросто демонстрировать яркий бокс, когда противник бегает по рингу, ищет пятый угол, постоянно обнимается, вяжет руки и лишь изредка что-то выбрасывает с дистанции. Обидно, что судьи отдают предпочтение таким атлетам, а не тем, кто хочет биться, доминировать. Мне сложно понять, почему это происходит.

— Показалось, поединок с Оралбаем был чем-то похож на схватку с Бенджамином Уиттакером на Олимпиаде. Вы снова прессинговали и действовали первым номером, в то время как соперник избегал боя. Это действительно так?

— В схожей манере действовал не только Оралбай, но и Кристиан Пиньялес. Определённо подсмотрели эту тактику у Уиттакера. Они были готовы делать всё возможное, лишь бы не давать мне попадать, не рубиться со мной. Я понимаю это. Но одновременно с этим не укладывается в голове, как судьи могут поощрять подобное.

— С кем было труднее — с Оралбаем или Уиттакером?

— В таком ключе можно было бы говорить, если бы кто-то из них встал в центре ринга и начал обмениваться со мной ударами, перебивать меня. Тут же правильнее сказать, за кем было сложнее бегать (смеётся).

— И за кем же?

— Тяжело выбрать. За обоими угнаться было довольно непросто.

— Вы не думали попробовать взять соперников их же оружием и поработать вторым номером?

— Иногда я действовал в такой манере. Если оппонент не убегал от меня, то иногда мог сам постараться вытягивать его на себя, провоцировать атаки. Например, в таком ключе прошла схватка с македонцем Арджаном Исени. Духовитый боец, шёл вперёд. Старался встречать его, размениваться.

Честно, ожидал такого же и от Оралбая. В своё время мы спарринговались с ним — это атакующий боксёр, который сам стремится идти вперёд. Поэтому его тактика на поединок стала для меня большим сюрпризом. А после двух проигранных раундов пытаться вызывать его на себя было уже поздно. Он бы ни за что не стал этого делать. В итоге получалось так: когда я атакую, он вяжет меня. Когда не форсирую — убегает.

— Сборная Узбекистана завоевала девять медалей на турнире и впервые в XXI веке заняла первое место в неофициальном общекомандном зачёте. В чём причина — рост уровня местных спортсменов или домашнее судейство?

— Это сложный вопрос. Но надо понимать, дело не только в оценивании самих боёв, но и в том, как формируется сетка турнира. Так или иначе, результаты той же команды Узбекистана на ЧМ были заметно выше, чем на той же Олимпиаде. Тогда у них был лишь один призёр, а здесь гораздо больше. Думаю, определённая помощь со стороны судей всё же была.

— После поражений Дмитрия Двали и Всеволода Шумкова многие легенды отечественного бокса выказывали недовольство работой жюри. На ваш взгляд, россиян действительно незаслуженно не пустили в финал?

— К сожалению, посмотреть схватки с их участием не получилось. В тот же день бился с Оралбаем, был сосредоточен на нём, а запись пока не успел найти. Но я слышал, что в их поединках судейские решения были довольно спорными. В принципе, именно с полуфиналов вердикты жюри стали вызывать всё больше вопросов.

— В Ташкенте вопросы вызывали не только оценки судей, но и действия рефери внутри ринга. Например, в битве с Пиньялесом вам ни с того ни с сего отсчитали нокдаун. Что там произошло?

— На том бое работала девушка-рефери из Тайваня. Считаю, женщин не стоило допускать до мужских боёв, особенно тех, где бьются представители тяжёлых категорий. Возможно, она в какой-то момент испугалась и открыла счёт, хотя ничего серьёзного не произошло. Удар был не великой силы, да ещё и пришёлся не в голову, а в плечо.

Такие рефери портят карьеру спортсменам. Человек готовится к соревнованиям, проливая кровь и пот, а такой несправедливо отсчитанный нокдаун может перечеркнуть все его старания. Считаю, такое нужно пересматривать, как в том же теннисе. Посмотрите, там же куча камер. И если возникает какой-то спорный момент, то он разбирается досконально. Почему этого до сих пор нет в боксе? Можно было бы посадить экспертов, которые оценивали бы такие неоднозначные эпизоды.

— В профессиональном боксе вам приходилось видеть, как девушки обслуживают схватки с участием мужчин?

— Честно, не видел такого. Но в любителях это уже не редкость. Не помню, обслуживали ли девушки мужские бои на Олимпийских играх, на ЧМ же это становится частой практикой. Я это не приветствую.

— В целом как опишете атмосферу на турнире? Всё же целый ряд национальных команд бойкотировали его из-за решения IBA разрешить сборной России выступать на нём с флагом и гимном.

— К нам очень хорошо и тепло все относились. Мы со всеми хорошо общаемся, постоянно контактируем — со спортсменами, тренерами. Политика здесь не оказывает никакого влияния.

— Что бы выбрали лично вы — иметь возможность выступать под своим флагом или соревноваться со всеми сильнейшими?

— Безусловно, я бы выбрал флаг. На Олимпиаде уже был опыт выступления в нейтральном статусе — это очень неприятно. Здорово понимать, что ты представляешь свою страну, а на трибунах видишь людей с российским триколором, которые поддерживают тебя, скандируют: «Россия! Россия!» Это непередаваемые эмоции.

— Как вы оцениваете перспективу создания новой международной боксёрской организации — World Boxing?

— Если честно, такое меня никогда особо не интересовало. А в свете перехода в профессионалы это и вовсе теряет значение для меня. Конечно, пусть попробуют, но я не знаю, есть ли в этом смысл.

 Как вы уже сказали, ЧМ-2023 был для вас последним в любительской карьере. Когда нам ждать вашего следующего боя в профи?

— Сейчас планирую немного передохнуть и возобновить подготовку к четвёртому поединку. Насколько знаю, переговоры уже ведутся. Точную дату не могу сказать, но ориентировочно рассчитываю подраться в июле. За два года хочу добраться до титула чемпиона мира.

— В настоящий момент российские боксёры могут проводить рейтинговые схватки лишь за рубежом. В последнее время вы дрались в Сербии и Австралии, намерены и впредь двигаться в этом направлении?

— Да. В ближайшем будущем планирую выступать за границей. В России биться пока не собираюсь.

— Думаю, под впечатлением от ваших боёв у многих сложилось мнение, что по стилю вы гораздо больше подходите для профессионального бокса, а не любительского. Согласны?

— Да, такое мне приходится часто слышать. До перехода в профи не понимал, почему все так говорят. Но потом почувствовал, что это моё. И впоследствии возвращаться в любители стало ещё сложнее.

Имам Хатаев по-прежнему уверен, что победил британца Бенджамина Уиттакера в полуфинале олимпийского турнира по боксу на Играх в Токио...

— Кого бы вы выделили из возможных соперников по полутяжёлой категории?

— Думаю, сейчас мне рано бросать кому-либо вызовы, говорить о чемпионах. Мне нужно улучшить послужной список, провести побольше битв, после чего размышлять об этом. Но заранее скажу, с Артуром Бетербиевым драться не буду. Это чеченец, наш чемпион. Безмерно уважаю его. Мне кажется, в скором времени он завершит свою карьеру. Хочу забрать эти пояса и удерживать их после того, как он повесит перчатки на гвоздь.

— На ваш взгляд, до ухода из спорта Бетербиев успеет провести объединительный поединок с Дмитрием Биволом?

— Не могу ответить на этот вопрос. Насколько знаю, сам Артур не прочь встретиться с Дмитрием — так он говорил в интервью. Думаю, он был бы готов сделать это уже в этом году, но ему предложили сразиться во время празднования Рамадана. А целый месяц держать себя в форме, соблюдая пост, крайне тяжело. Надеюсь, этот поединок всё же состоится и Бетербиев получит звание абсолютного чемпиона мира в полутяжёлом весе.

— Всё идёт к тому, что следующим соперником Бетербиева станет Каллум Смит. Насколько это серьёзный соперник для него?

— Честно, не знаю, кто это. В свободное время очень редко смотрю схватки. Иногда мне называют фамилии боксёров, а я их до этого даже не видел. Но если будет выступать сам Бетербиев, то я обязательно понаблюдаю за этим.

— Какой последний бой смотрели?

— Бетербиева с Энтони Ярдом.

— Назвали бы его самым сложным для россиянина за последнее время?

— Безусловно. Это была очень тяжёлая битва. Ярд — крепкий, мощный парень, Артур всё же сломал его, перебил. В целом Энтони довольно интересный оппонент. Думаю, через какое-то время можно было бы бросить ему вызов.

russian.rt.com